Чорнобиль у фотографіях П'єрпаоло Миттики, який 13 років знімає зону відчуження

 Birdinflight.com

Книга итальянского фотографа Пьерпаоло Миттики «Чернобыль: Скрытое наследие» была отмечена премией Pictures of the Year International и издавалась в Великобритании, Испании и Японии. Сегодня Миттика продолжает снимать в зоне отчуждения. В интервью Bird in Flight фотограф рассказал, что оказалось для него неожиданностью и что стало наибольшим потрясением во время работы над проектом

Чорнобиль у фотографіях П'єрпаоло Миттики, який 13 років знімає зону відчуження
Пьерпаоло Миттика 44 годаИтальянский фотограф, живёт в Венеции. Снимал для Vogue Italia, Repubblica, The Telegraph, The Guardian и Asian Geo. Финалист Worldwide Photography Gala Awards, FEP European Professional Photographer of the Year, Photo Annual Awards и многих других конкурсов. С 2003 года работает над масштабным проектом о чернобыльской зоне отчуждения. В 2006 году его проект «Чернобыль: Скрытое наследие» вошёл в постоянную экспозицию Национального музея «Чернобыль» в Киеве

Жизнь в зоне

Сегодня 4 тысячи человек живут в зоне отчуждения, из них 2 тысячи работают на Чернобыльской атомной электростанции. Эти люди должны обеспечивать безопасность остановленных реакторов до 2065 года. Только к этому времени постепенно снижающийся уровень радиоактивности в ядрах реакторов позволит начать их демонтаж. Остальная часть работников занимается возведением нового саркофага над четвёртым реактором, строительство которого планируют завершить к 2017 году. Разговоры с местными стали для меня своего рода неожиданностью, потому что я ждал откровений о страхах жизни внутри зоны, но понял, что для них это обыденная жизнь и работа, которую нужно выполнять

С 2003 года я бывал в зоне отчуждения 12 раз и думаю, что за это время обошёл её вдоль и поперёк. Я не боялся работать даже в самой труднодоступной местности. У настоящего фотографа цель всегда стоит выше рамок собственного страха. А желание рассказать о чудовищных последствиях чернобыльской катастрофы как можно большему количеству людей стало для меня самой сильной мотивацией.

С самого начала я очень хотел побывать внутри самой станции и долго ждал разрешения. В зоне отчуждения у меня был проводник, но даже для него достать пропуск было сложно. Целый год мы упорно наносили визиты в различные кабинеты и наконец получили долгожданное разрешение

Внутри станции

6 апреля 1986 года.

В итоге мы оказались в диспетчерской четвёртого реактора — места, где всё случилось. В помещении было абсолютно темно, но у нас на этот случай с собой были факелы. Счётчик Гейгера, который я тоже прихватил с собой, зашкаливал. Так что атмосфера была достаточно напряжённой. Мне кажется, что в этой комнате я испытал те же чувства, что и диспетчеры на смене 2В итоге мы оказались в диспетчерской четвёртого реактора — места, где всё случилось. В помещении было абсолютно темно, но у нас на этот случай с собой были факелы. Счётчик Гейгера, который я тоже прихватил с собой, зашкаливал. Так что атмосфера была достаточно напряжённой. Мне кажется, что в этой комнате я испытал те же чувства, что и диспетчеры на смене 26 апреля 1986 года

Наверное, это стало моим самым сильным потрясением в зоне отчуждения

Местные жители

Говорят, что в Чернобыле лучше не питаться местными продуктами. Но когда вы отправляетесь туда работать, так или иначе не сможете этого избежать. Люди часто приглашали меня в свои дома и угощали едой. Главной частью любого проекта становятся отношения, которые ты выстраиваешь с героями. Уверен, будь вы на моем месте, вы бы тоже не смогли им отказать.

Люди из зоны отчуждения живут в достаточно тяжёлых условиях. Они вынуждены выращивать пищу в загрязнённой радиацией почве и готовить её на открытом огне. Проблема заключается в том, что растения из чернобыльской зоны, как и люди, получили огромную дозу облучения. Таким образом, местные жители постоянно заражают свой организм изнутри.

Дело Бандажевского

В Украине я познакомился с профессором Юрием Бандажевским, который раньше был анатомом и ректором Института медицины в Гомеле. В результате ряда научных исследований он доказал, что элемент цезий-137, который образуется при делении ядер в ядерных реакторах, накапливаясь в клетках сердца, постепенно разрушает его. Цезий сказывается на работе сердца, поступая в организм даже в очень малых дозах. Кроме того, наличие этого элемента в организме приводит к ряду сердечных заболеваний, в числе которых ишемическая болезнь сердца, инфаркт миокарда, кардиомиопатия и различные пороки сердца. Профессор Бандажевский называет такие болезни «кардиопатии цезия-137». В 1999 году Юрий Бандажевский был арестован по сфальсифицированному обвинению в получении взятки и приговорён к восьми годам лишения свободы. Все его архивы по чернобыльской катастрофе, которые он тщательно собирал долгие годы, бесследно исчезли.

Международная организация Amnesty International осудила факт ареста профессора Бандажевского и признала его узником совести. Профессор Бандажевский открыто критиковал министерство здравоохранения Белоруссии и заявлял о том, что они скрывают реальные данные о последствиях Чернобыля. После пяти лет в тюрьме он был досрочно освобождён и переехал в Украину, где продолжил свои исследования. Сегодня он живёт в городе Иванков Киевской области. Последние несколько лет Юрий Бандажевский изучает воздействие радиационного заражения на детский организм. В селе Радинка Киевской области у 80 % детей зафиксированы нарушения сердечного ритма, вызванного наличием цезия-137 в организме. Прошло 30 лет, и мир до сих пор не хочет понимать, что последствия взрыва на Чернобыльской АЭС будут ощущаться ещё долго. Для всех нас Чернобыль только начался

Стрічка новин
Всі новини
Розшук людей
Всі оголошення